— Не преувеличивайте, все как раз были заняты делом, в отличие от вас. Кроме того, вы зря так наехали на этого офицера. Надо было сначала узнать все про него, а потом уже болтать хер знает что!

— И что такого я про него не узнал? — допытывался прокурор. — Что он еще и зять президента? Но, многоженство у нас, вроде, запрещено.

Глухарев засмеялся. Ляшенко еще нервировало то, что разговаривая, Глухарев не поворачивался к прокурору лицом, и он видел только седой затылок генерала.

— Да нет, он не зять президента, хотя того и знает, это вы угадали. Президент не так давно лично вручал ему в Кремле Звезду Героя. Кроме того, у Астафьева Орден Мужества, и три боевых медали.

— Последнюю я ему вручал буквально месяц назад, — заметил Рождественский. — Его там наградили уже по нашей линии. Что-то там по линии заграничных связей. Кстати, это большая редкость, что наши награждают ментов.

— Это за что же ему отвалили такие почести? — спросил несколько растерянный прокурор. — Что он такого сделал? Первый раз слетал в космос?

В этом его взялся просветить главный комитетчик области.

— Ну, делал он примерно то же, что и вы у себя на Кавказе. Насколько я знаю, не очень успешно. А вот Астафьев предотвратил крупный теракт в столице, направленный против сразу двух президентов, а потом лично ликвидировал какого-то знатного чеченского главаря. Кстати, там и жена его там тоже поучаствовала.

— Да, она пристрелила такого Шаха, известнейшая была личность среди террористов. Только ей почему-то только орден дали, — прояснил Глухарев.

— И то год спустя, — подтвердил Рождественский.

Имя Шах было широко известно на Кавказе, поэтому на лице прокурора появилось выражение удивления, а потом, даже зависти.

— Слыхал я про этого Шаха. Один раз мы его чуть на окраине Назрани не достали, чудом просто тогда ушел, — пробормотал он.